«Конструкции и форма»

Кристаллизация собственной концепции

Толчком для кристаллизации собственной концепции, отвечающей на интересующие автора вопросы формообразования, послужило, по его собственному утверждению, «более близкое знакомство с некоторыми физическими явлениями, хотя еще и мало разработанными в настоящее время». Николаев сознательно раздвинул смысловые границы своего исследования, введя в него анализ обширного материала из геометрии и механики (в чем ему немало способствовали «беседы с представителями точных наук»).

«Положительным же стимулом для меня, — писал Б. Николаев, — было убеждение, что нельзя добиваться истины, замыкаясь в узкие рамки той или другой специальности, что никакое реальное явление нельзя понять ясно и правильно, смотря на него только с одной какой-либо точки зрения и не обращая внимания на все возможные координации этого явления с другими явлениями реального мира».

Николаев обращается к анализу новаторского формотворчества. Как и по каким законам появляются новые, неизвестные дотоле в истории архитектуры формы? С какими исходными понятиями приходится иметь дело в процессе архитектурного творчества? В итоге он приходит к выводу, что только содержательная взаимосвязь пространственно-временных отношений, художественно освоенных с помощью конкретных приемов работы в материале, — единственный метод создания новых, неизвестных до того форм.

Единственным и естественно воспринимаемым источником вдохновения и «подражания» может стать природа, и то при условии знания ее «приемов формообразования».

Первым следствием предлагаемого подхода к формообразованию в архитектуре стал у Б. Николаева анализ различных систем пропорционирования, направленный на то, чтобы выявить, в какой мере собственно геометрические методы моделирования содержательного законообразования формы являются всеобщими всеобъемлющими, т. е. отвечают ли они принципам системности.